Воспоминания новокаховского журналиста о юности в СССР

Поділитись у Facebook Відправити в Twitter
  • 18.12.2017 18:22
  • 0

- А бананов, что нету? - спросила у длинной очереди дочь секретаря райкома КПСС зимой 1982 года…

Споря с плачущими за советским «изобилием» и «равенством» пользователями социальных сетей, вспоминаю случай из школьной юности. Жил я с родителями тогда в поселке Зырянка -  районном центре в верховьях Колымы в 60-ти километрах от Полярного круга. Продуктовое снабжение по «совковым» меркам было неплохое, вплоть до копченой колбасы и печени трески. Не были редкостью и болгарские фруктовые консервы,  а вот свежие овощи и фрукты народ видел в свободной продаже пару раз в год по большим праздникам.

Зеленый дефицит

Яблоки были из Польши и Китая, а бананы, Бог весть, откуда, да к тому же зеленые. Шкурка от них отдиралась с трудом, а по вкусу недозревший заморский деликатес напоминал мыло с сахаром. Тем не менее, дефицит был предметом желанным, и в очереди за ним давились долго и упорно, но хватало не всем.

Каково же было мое удивление, когда  как-то раз, зайдя в магазин за обычными покупками примерно в конце января – всесоюзных праздников пока не предвиделось – увидел среди покупателей дочь секретаря райкома КПСС Наташу Цепелеву, с которой мы учились в параллельных классах. Когда подошла ее очередь, она на полном серьезе спросила у продавца: «А что, бананов нет»? Посетители, пряча улыбки, тихо «выпадали в осадок», не зная как объяснить школьнице, что бананы каждый день могут быть на столе только у ее папы, но никак не у простых работяг. Это я к вопросу о равенстве и справедливости.  Еще один эпизод из той же серии.

Почем штаны для народа?

До сих пор живо в памяти столпотворение за индийскими джинсами «Аvis» за 45 рублей. Простоял часа четыре. За это время котоновые изделия моего роста кончились, пришлось брать те, что были, зря томился что ли?  Донашивал я их, будучи студентом-первокурсником. Тогда, по совету друзей, джинсы я хорошо намочил и, привязав к штанинам гантели, повесил сушить. Ткань растянулась, и на время проблема была решена. О джинсах добавлю, что завозили их к нам только двух видов – уже упомянутые «Аvis» и «Cowboy Jeans», тоже с родины суперпопулярного тогда индийского актера Митхуна Чакраборти. Гримасы плановой экономики приводили к тому, что школьная молодежь на вечера и дискотеки одевалась практически одинаково – отличалась лишь марка джинсов и цвета сирийских шерстяных шарфов: у кого-то они были красные, у кого-то синие. И появлялись заграничные, хоть и «дружественные» шмотки сначала у тех моих ровесников, чьи родители имели отношение к торговле или снабжению. Причем, случалось это за пару недель до появления таких товаров в магазине. Теперь о «низкой» цене. На тот момент официальный курс доллара, который еженедельно публиковала на последней странице газета «Известия», составлял 66 копеек. Путем несложных подсчетов получаем стоимость  непервосортных джинсов в 68 долларов 10 центов, что не так уж и мало. Особенно, если учесть, насколько ниже продажной была их закупочная цена. «Справедливое» пролетарское государство неслабо обдирало своих граждан.

Природа против КГБ

А чтобы лишних вопросов не задавали, строго запрещало слушать вражеские радиоголоса. Но наш поселок в этом смысле был местом уникальным – ввиду полярных широт кагебешные «глушилки» толком не работали. И мы могли практически свободно ловить «Голос Америки» на обычные рижские радиоприемники «ВЭФ», которые были в каждой квартире. Поначалу привлекла хорошая музыка, а потом волей-неволей стали слушать и новости. Из них узнали, что пожар в  нашем крупнейшем поселковом магазине «Спутник» очень похож на диверсию. А среди жителей в 1979 году появился ссыльный – Мустафа Джемилев, нынешний лидер крымско-татарского народа. И о том, кто он и за что к нам попал, узнали тоже из запретного эфира.

Бульдозером по субботнику

Хорошо помню один из своих первых студенческих субботников на строительстве гостиницы «Зея» в приграничном с Китаем Благовещенске. Нужно было засыпать фундамент керамзитом. Таскали его за несколько десятков метров из большой кучи на носилках. Рабочей силой были хрупкие девушки с историко-филологического факультета. Жалко мне их стало. Перешел через дорогу к бульдозеру и бутылку жидкой «валюты» договорился, чтобы мужик за рычагами сгреб всю кучу сразу куда нужно. Тот не отказал, а меня в итоге чуть из комсомола не исключили, обвинив в «срыве важного общественно-политического мероприятия». А о том, что девчонкам-носильщицам еще рожать, никто почему-то не подумал.

Из плена в плен  

Среди одноклассников, с которыми не устаю спорить, есть один из трех лучших друзей детства – Сергей. Любит Путина и скучает за СССР. И это все притом, что его отец  воевал в Великую Отечественную, а  на Колыму попал из немецкого плена. От фашистов он, кстати, неоднократно пытался бежать. Так вот мой сердечный друг хочет записать воспоминания отца, пока он жив, дай Бог ему здоровья, сейчас боевому ветерану далеко за 90. И написать  честную книгу. При этом адепт «совка» и симпатик Путина искренне надеется, что она увидит свет. Как это все умещается и совмещается в одном уме – понять не могу, хотя и очень стараюсь.

Якщо ви бажаєте стати блогером сайту Novakahovka.city - напишіть на цю скриньку: novakahovka.city@gmail.com або зателефонуйте 050-494-33-09.

Коментарі:

Вибір редакції

Останні новини